В Польше 23 профессии считаются дефицитными, следует из отчета Barometr Zawodów 2025. Сильнее всего кадровый голод ощущается в строительстве, образовании, здравоохранении, транспортно-логистической сфере. MOST изучил, каких специалистов не хватает, и поговорил с беларусами о том, легко ли иностранцам устроиться по этим специальностям.
Кого не хватает в Польше?
По оценкам игроков транспортно-логистической отрасли (TSL), уже сейчас Польше не хватает 100 тыс. профессиональных водителей. Это общеевропейская тенденция: в целом кадровый дефицит в секторе TSL в Европе оценивается в 1,1 млн человек.
В строительстве, по данным Credit Agricole BP, в 2026 году Польше будет недоставать 54,3 тыс. работников.
А недостаток медсестер, по оценкам Польского профсоюза медсестер и акушерок, уже достиг 156 тыс. и может увеличиться до 262 тыс. к 2039 году.
В целом такая ситуация характерна для всех регионов Польши. Например, водителей грузовиков и тягачей не хватает в 331 повете (всего в Польше их 380), врачей — в 315, учителей профпредметов — в 267, а главных бухгалтеров — в 256.
Рынок труда спасут мигранты?
По прогнозам Польского института экономики, к 2035 году польский рынок труда покинет более 3,8 млн сотрудников, а новый приток составит только 1,7 млн человек. Недостающие 2,1 млн частично будут заменены за счет автоматизации труда, а частично — за счет привлечения мигрантов.
Однако даже на дефицитном рынке иностранцу не всегда просто найти работу. Сказывается языковой барьер, усложнение легализационных процедур, а также необходимость подтверждать квалификацию. Речь идет не только о специалистах высокого уровня, то также, например, об электриках, которым нужно получить допуск SEP.
«Подумала, это шанс зацепиться»
Наталье 45 лет, она из Могилева. До переезда в Польшу работала экономистом в строительной компании, вела сметы и первичную документацию. В Варшаве, где они с мужем обосновались с 2021 года, сразу устроиться по специальности не получилось. Работодатели не хотели брать сотрудника без знания местного законодательства и языка.
— Я не мечтала быть бухгалтером. Просто подумала: раз бухгалтеры в дефиците, может, это шанс зацепиться, — рассказывает женщина.
Она окончила курсы и получила квалификационный сертификат по бухучету. Это дало право пройти стажировку в польской бухгалтерской фирме. Но, как признается Наталья, практика оказалась сложнее, чем она предполагала:
— На курсах учили базу. А на работе каждый день реальный клиент, реальная налоговая. Я не справлялась с расчетами по НДС, запуталась в польских сроках подачи деклараций. Коллеги помогали, но после трех месяцев сказали, что не готовы брать на постоянку.
Полноценной работы в польских бухгалтерских компаниях Наталья так и не нашла — без уверенного знания польского законодательства и терминологии конкурировать с местными специалистами оказалось трудно. В итоге устроилась на полставки в небольшую фирму с украинским капиталом, где ведет первичную документацию.
— Да, это не та стабильность, на которую я рассчитывала. Но здесь не требуют невозможного. Я учусь дальше, читаю налоговые новости и просто стараюсь не потерять мотивацию. Это не провал — это затяжной старт, — говорит она.
«Больше не просыпаюсь от звонков, что бабушка упала в коридоре»
Богдану 50 лет, он из Бобруйска. До 2020 года работал терапевтом в районной больнице. Вспоминает, что даже с дежурствами и работой на износ зарплата была чуть выше 1000 рублей. После событий 2020 года он уволился и задумался о переезде.
— Я не молодой, не айтишник. Но понял, что если не уеду сейчас — потом будет поздно, — объясняет он.
Богдан стал искать, где может быть востребован. Читал о дефицитных профессиях в странах ЕС и заметил, что водители грузовиков стабильно входят в топ нужных специалистов в Польше и Германии.
— Я понимал, что эта профессия — одна из немногих, куда реально можно устроиться, даже если тебе не 25, — говорит он.
Богдан прошел курсы, получил польское водительское удостоверение категории C+E, которое дает право управлять большегрузом с прицепом, и устроился водителем в международную логистическую компанию. Сейчас за каждый рабочий день в рейсе он получает около 90 евро «суточных». Работает по графику 3/1 — три недели в рейсе, неделя дома.
— На первой работе мне объяснили, что не нужно геройствовать — нужно соблюдать тахограф. Мне как бывшему врачу было даже странно, что тут реально заботятся о здоровье работников, — говорит он.
Спустя полгода Богдан перевез в Польшу жену, сейчас они снимают квартиру недалеко от Познани. Жена занимается домом и изучает польский язык.
— Я больше не дежурю ночами и не просыпаюсь от звонков, что бабушка упала в коридоре. Да, я сменил профессию. Но впервые за много лет чувствую, что живу нормально, без стресса, без страха, что завтра уволят или не заплатят.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
